Лента новостей
 
 
Пред След
 
     

Друзья

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

http://media-gs.ru/images/phocagallery/emblemy/pravda.jpg


Медиа

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 


Политика

 

 

 

 



Спорт

 

 

 

 



Власть

 

 

 


РУЛИ, ДАНКО, РУЛИ!


 

Куда же повезёт людей Данко, оказавшись в роли водителя автобуса? Что выберут пассажиры: дачу, рынок или кладбище? Об этом с тонкой иронией повествует в своём фельетоне Ирина Рассказова.

 

 


 

 

Как всегда «восемнадцатый» был набит до отказа: кто на дачу, кто на работу, кто на кладбище.

 

На одной из остановок какого-то мужчину прихлопнули дверью.

 

- Боря,- закричала кондуктор шоферу, тут вроде кого-то или чего-то зажали… не то руки, не то ноги.

 

- Сильно?- заинтересовался шофер.

 

- Не знаю,- отозвалась кондуктор.

 

- Если бы сильно, я бы услышал,- поразмышлял вслух Боря.

 

- А может, его так зажали, что он уже кричать не может, до смерти? Эй, шофер, все равно всем до кладбища. Вези без остановок.

 

- Я не катафалка,- с достоинством ответил шофер.

 

Веселый пассажир продолжал шутить:

 

- А билет до кладбища сколько стоит?

 

- Семнадцать рублей,- сообщила кондуктор.

 

Весельчак не унимался:

- Недорого, господа! Всего за семнадцать рублей – и кладбище. Зачем нам вообще где-то выходить, что-то делать, волноваться? Зарплату постоянно задерживают. Все равно скоро все вымрем.

 

Старичок в драном пиджаке его поддержал:

- Между прочим, даже при рабовладельческом строе еду рабам давали. А теперь что? Всех стариков с нищенской пенсией – на вымирание?

 

- Действительно, отчего за семнадцать рублей не доехать? Ведь почти даром. Завтра, говорят, билет до кладбища уже двадцать рублей стоить будет.

 

- Вы правы,- горячо воскликнула женщина с лопатой,- нужно использовать момент. У меня и лопата есть, я на дачу ехала.

 

- Вот здорово! У меня тоже, - откликнулся мужчина в соломенной шляпе.

 

Веселый пассажир закричал:

- Господа! Кто ехал на дачу, словом, у кого есть лопаты?

 

Всего насчитали пять лопат.

 

Шутник продолжал развлекаться:

- Ну, ничего, пять лопат. За субботу, воскресенье справимся, ведь в понедельник – на работу!

 

- Я не хочу умирать, мамочка. Мне так хочется «айфон»!

 

- Какой «айфон»? У меня и на «Сникерс» нет,- огорчилась мать.- И ты, Витенька, не плачь, у тебя все равно туберкулез, тебе фрукты нужны, мед, орехи… Не говоря уже о лекарствах. Где я их возьму? Так что… А тут такая возможность, и всего за семнадцать рублей.

 

- Есть о чем поразмыслить, - задумчиво откликнулся шофер.- Я, конечно, не катафалка, но раз так ставить вопрос: быть или не быть? Мне все равно, куда вас везти: на дачу или на кладбище. Решайте только скорее.

 

Все задумались.

 

- Зачем мне жить?- душераздирающе закричала изможденная женщина,- у меня трое детей и один муж. Я их всех очень люблю, но муж с сыном инвалиды! Я кормлю их через день по очереди. Это невыносимо, господа!

 

Все молча согласились, но продолжали взвешивать за и против.

 

- А как же молодежь? Нам-то все равно, а молодые? – произнес старичок в драном пиджаке.

 

Все посмотрели на молодежь.

 

- Да к чему нам жить? Квартиру мы никогда не купим, мебель тоже. Лето, жара, а у нас холодильник сломался, и нет денег его отремонтировать,- отозвался молодой мужчина.

 

- Я согласна с мужем. Вот сделала аборт. У меня такая зарплата, что не хватит денег даже на детское питание, если кто-нибудь родится. А ведь помимо детского питания, нужно приобрести: кроватку, коляску, ванночку… да еще необходимо оплатить пребывание в роддоме…

 

- Ты умница, а я родила. И теперь у меня есть младенец, но нет молока от переживаний. Муж бросил, говорит, что я нищая. Ушел к владелице магазином, хотя она его на двадцать лет старше. Ребенка со случайными людьми оставляю, сама на трех работах: по пятнадцать часов работаю- все равно ни на что не хватает! Я не хочу жить!- заплакала молодая женщина.

 

В автобусе ехал бомж на дачи за фруктами. Он тоже присоединился к разговору:

- Я за кладбище! Сто процентов! Жизнь совсем собачья. Об одном прошу: притормози на следующей остановке, я там живу, и мой знакомый олигарх каждое утро мне в урну кусок хлеба кладет на завтрак.

 

В это время проснулась старушка, дремавшая на солнышке у окна:

- Что случилось? – не поняла она спросонок.- Почему стоим?

 

Ей объяснили.

 

- Да вы что рехнулись? – завопила она. Никто не знал, что она всю жизнь проработала главным бухгалтером.

 

- Ведь это же экономически невыгодно! Билеты с каждым днем будут дорожать. А на какие деньги, спрашивается, будут навещать нас на кладбище наши дети, наши родные? Вы об этом подумали?- подбросила она новую мысль.

 

- Боже мой!- закричал мужчина с замедленной реакцией.- Как до меня все плохо доходит. Если моя дочь все декретные потратит на девять дней, может, ей и на пеленки не хватит… на еду?!!!

 

- В конце концов, а зачем нам вообще еда?- лихорадочно заработал его мозг.

 

- Денег ни у кого нет, а все такие толстые, даже в автобусе не помещаются. Ничего… на диете посидят,- он ожесточенно сжал в руках лопату и вдруг вскричал:

 

- Стойте!!! Я все понял! Кладбище это не тот путь!

 

И он с отвращением отшвырнул лопату.

 

- Народ! Господа! – заорал он на весь автобус.- Без пеленок, без мяса, молока наши родные, конечно, обойдутся. Но… Но если им не хватит денег после наших похорон даже… на диетическое питание: на зеленый лук, сельдерей и ананас? Нам нельзя умирать!

 

Шоферу надоела эта дискуссия:

- Ну, решили что ли, кому куда?

 

- Милый, ты на рынок меня не подкинешь?

 

- Если много на кладбище выйдут, подкину, - ласково улыбнулся он женщине. - Все равно на всех еды не хватит.

 

- Негодяй!- вскричал мужчина с замедленной реакцией. - Прочь кладбище! Даешь рынок!

 

- Идиот, конечно,- вмешался солидный господин с портфелем. Мы тут такие деньги тебе платим. Тоже мне, сборщик налогов! Ты хотя бы смотрел за своим катафалком: вон резина горит! Дым! Огонь! Почему огонь в твоем родном салоне?

 

- Да, раз он такой равнодушный,- вмешалась женщина с помидорной рассадой,- другого надо.

 

Все закричали:

- Уходи!!!

 

- Не уйду! - твердо заявил шофер. Мне еще за этот день не заплатили. Зря вы орете. Вы думаете, Вовка – шофер лучше меня? Кстати, я «отходняк» скоро сыграю: перехожу дальнобойщиком «Астрахань-Нью-Йорк».

 

Нищий оживился:

- А мне до Нью-Йорка нельзя? Там, говорят, для бездомных ночлежки есть,- размечтался он и запел песню:

 

- Я бычок подниму, горький дым затяну,

Люк открою, полезу домой.

Не жалейте меня. Я прекрасно живу,

Только кушать охота порой.

 

- Я вот подкоплю деньжат,- сказала женщина с рассадой, в этом году до Килинчей съезжу, а уж на тот год, Бог даст, в Нью-Йорк, там, говорят, пещера Ужасов есть в каком-то детском парке.

 

- Ужасов и здесь хватает,- сказала женщина со строгим лицом:

 

- На экранах мерзость, разврат, жестокость, мафия!

 

Пожилая женщина вдруг с надеждой взглянула на шофера:

- А мне нельзя в Нью-Йорк? Там, я слышала, можно сердце искусственное купить, у моей дочери порок сердца,- заплакала она.

 

В автобусе, как уже говорилось, ехал бомж:

- Не плачь. А где сердце?

 

- В груди,- ответила женщина.

 

- А ребра есть вокруг?- спросил бомж.

 

- Пока есть.

 

- Это плохо. Отодвиньсь!- крикнул вдруг бомж.

 

Он распахнул пиджак. Там было голое тело. Прямо из-под кожи пульсировало его большое беззащитное сердце.

 

- Боже мой!- опять вскричал старичок в соломенной шляпе,- у вас совсем нет ребер! Вас же могут раздавить в любую минуту.

 

- Зато на толкучке я столько денег собираю. Почти сотую часть набрал на операцию,- гордо улыбнулся он.

 

- Слушай,- произнес веселый пассажир.- У тебя все равно ребер нет, тебе легче сердце вынуть. Может, будешь нашим Данко?

 

- Что вы. Я вовсе не «луч света в темном царстве»,- ответил смущенно бомж.

 

- А дорогое оно, это искусственное сердце?- продолжала волноваться мать больной дочери.

 

- Да тысяч пять будет,- предположил бомж. Давайте скинемся.

 

- Не хватит,- резко сказала главный бухгалтер.

 

Все огорчились.

 

- Каждому свое,- философски произнес шофер.

 

- А ты знаешь, что эта фраза была написана на воротах фашистского концлагеря?- вскричал ветеран ВОВ.

 

- Неужели?- удивился шофер.- А какая глубокая мысль. И прямо про нас.

 

- У мужчины с замедленной реакцией вдруг глаза загорелись безумным блеском:

 

- Я знаю, в чем дело! Народ! Господа! У нашего шофера… у него… искусственное сердце. Поэтому ему все равно, куда нас везти: на кладбище, на дачи или на рынок.

 

Шофер засмеялся:

- Ты прав.

 

И запел:

- Кто-то слабого обидел и хохочет,

Кто-то трусом оказался и скулит,

А нейлоновое сердце не клокочет,

А нейлоновое сердце не болит.

 

- Ах, вот в чем дело,- зашумели в автобусе.- Бедный, они у нас инвалид.

 

- Милый,- вновь обратилась мать больной дочери,- а где твое-то настоящее, не продашь ли?

 

- Да не жалко, но оно…заспиртованное.

 

- Берите,- уговаривала женщина с рассадой свою соседку.- У меня закаток много. Рассолом промоем!

 

- Господи, какое счастье!- радостно вздохнула мать больной дочери.

 

Все тоже с облегчением вздохнули.

 

- Сколько заспиртованных сердец?! – размышляла главный бухгалтер.- Как много надо рассола!

 

- Маша,- закричал разозленный шофер. Я в график не укладываюсь, да выясни ты у этих придурков, куда они хотят.

 

- Боря, мнение разделилось.

 

До шофера донеслась песня первой половины салона:

- А на кладбище все спокойненько,

Ни друзей, ни врагов не видать!

Нет ни критиков, ни милиции,

Исключительная благодать…

 

- Боря,- снова закричала кондуктор,- вроде на кладбище все-таки собрались, говорят, хорошо «среди ив, тополей и берез, и решен там квартирный вопрос».

 

Борис только собрался тронуться с места. Но в это время другая половина салона стала перекрикивать первую:

- Даже если будет сердце из нейлона,

Мы заставим волноваться и его!

 

Шофер действительно взволновался. Он впервые за весь рейс обошел свой салон. Резина рвалась. Все было в дыму и огне!

 

- Что я сделаю для людей?!- вскрикнул он… и вынул бутыль с заспиртованным сердцем.

 

- Это Данко!- в благоговении прошептал бомж.

 

Все тут же успокоились и… решили ничего не менять: ведь с ними был Данко. Все пассажиры дружно продолжали путь с ним: кто на дачу, кто на рынок, а остальные – на кладбище…

 

И.Рассказова

 

 

©Честный информационный Интернет-ресурс «Голос совести - media»

 

Добавить комментарий

Защитный код
Обновить



© 2012 «Голос совести - media»